Заслуженный художник РФ, член-корреспондент Российской академии художеств Сергей Мильченко — это, без преувеличения, яркая звезда в плеяде самобытных мастеров современной отечественной скульптуры. И он не просто работает с формой — он исповедуется камнем и деревом!
В большое искусство этот творец вошёл смело, уверенно, со своей уникальной темой — темой религиозно-библейской. Но не холодно-иллюстративной, а глубоко философски осмысленной и прочувствованной до слёз, до дрожи. Его произведения — «Въезд в Иерусалим», «Случай в Гефсиманском саду», «Поцелуй Иуды», «Тайная вечеря» — давно стали знаковыми для всего русского искусства конца ХХ – начала ХХI века. И это не громкие слова! Это многофигурные скульптурные композиции, которые поражают силой эмоционального удара и абсолютной законченностью пластического решения. Смотришь — и дух захватывает!
А давайте заглянем в судьбу мастера. Сергей Мильченко родился в 1962 году в Подмосковье. Окончил легендарную Московскую среднюю художественную школу, а в 1985-м — Харьковский художественно-промышленный институт. Уже его ранние композиции — «Девушка из деревни Проходы», «Внуки уехали», «Я и конь» — поражали удивительным сплавом: живая народная традиция встречалась здесь с утончённым изяществом классического искусства. Кульминацией этого раннего периода стал образ обобщённый, цельный, мощный — идущий прямо от стилистики старинной парсуны! Речь о скульптуре «Богдан Хмельницкий». Сколько в ней торжественности, какой яркий, открытый цвет! Это подлинный синтез славянского духа и европейской средневековой скульптурной традиции. Браво, мастер!
А дальше — начало 1990-х. Время, когда художник достигает творческой зрелости. Именно тогда он создаёт композиции, от которых мороз по коже: «Благовещение», «Христос в темничке», «Спас полуночный», «Се человек», «Случай в Гефсиманском саду». В них — ассоциативно, предельно обобщённо и в то же время до боли психологично — выражено трагическое содержание великого предательства. Но не только тьма и боль! Сквозь них пробивается побеждающая, светлая сакральная тема великого праздника — Воскресения. Это диалог отчаяния и надежды, застывший в материале.
Взгляните на «Агасфера», выполненного в камне. Хрестоматийный образ Вечного жида обрёл под резцом Мильченко возвышенную, почти неземную одухотворённость. Именно эта работа открыла шлюзы для экспериментов скульптора — началось создание его собственной, ни на что не похожей иконографии. Как это смело и вдохновенно!
И заметьте: скульптуры Сергея Мильченко исполнены в самых разных стилистиках и из разных материалов. В евангельских сюжетах царит сплав романской и восточнославянской традиций. Первая говорит на языке камня — это «Въезд в Иерусалим», «Тайная вечеря», «Снятие с Креста», «Воскресение Христово», «Вознесение». Вторая — на языке тёплого, живого дерева: «Спас полуночный», «Ангел-хранитель», «Возвращение блудного сына». И в каждом случае художник не боится заимствований, исторических намёков, реминисценций. Но при этом он остаётся абсолютно самобытным. Почему? Да потому что в основе всего — искреннее, живое сопереживание. Без этого — никуда!
Как точно подмечает академик РАХ А. Рукавишников: «Его библейские сюжеты создают таинственное и торжественное пространство вокруг себя. Поверхность камня такова, что бережёт объём, а не угождает обывателю разнообразием фактур…» Золотые слова! Пространство Мильченко действительно завораживает.
Но не библейскими сюжетами едиными. В портретах и портретных композициях — «Данте», «Пикассо на корриде в Валлорисе», «Денис Давыдов», «Царевна Софья», «Композитор А. Алябьев» — везде, даже в небольших этюдах, звучит мощное монументальное начало. Это вам не камерные безделушки!
А в композициях жанра «ню» — «Клеопатра», «Танец Саломеи», «Юдифь» — художник словно учёный-экспериментатор исследует пластические возможности формы. Он подчёркивает её напряжённость, делает силуэт предельно выразительным, а материал — декоративным и чувственным. Красота, да и только!
Сергей Мильченко работает виртуозно в обеих ипостасях — и в станковой, и в монументальной пластике. И каких только шедевров не вышло из-под его резца! «Распятие» для церкви села Троицкое Московской области. Рельефы «Взятие Исмаила» и «Штурм Чертова моста» для памятника Александру Суворову в Екатерининском парке в Москве. Царские и диаконские врата для крестильного храма «Во имя всех новомучеников Российских» в Петровском парке в Москве. Памятник Андрею Первозванному в Харькове. Мемориал жертвам фашистской оккупации Крыма 1941–1944 годов в Симферополе. Это не просто работы — это застывшая память и молитва в материале!
Имя русского скульптора звучит далеко за пределами нашей Родины. Он исполнил ряд произведений для зарубежных храмов: композицию «Спас полуночный» для Вознесенской церкви в городе Вудчестер (Великобритания), выносной крест для кафедрального собора в Ланкастере, епископский посох и наперстный крест для собора в Витби, а также скульптурный Деисус и выносной крест для монастыря Пресвятой Богородицы в Волсингхаме. Поистине всемирное признание!
Поэт и публицист Г. Красников сказал о Мильченко пронзительно и точно: «Его произведения подобны то философским трактатам, то евангельским притчам, то древним мифам и преданиям… Его изваяния – это герои и злодеи, грешники и праведники, действующие лица на сцене истории. С. Мильченко великолепно организует мизансцены, добавляя в них всё новых и новых персонажей мировой драмы…» Великолепная метафора — театр одного скульптора, где на сцене — всё человечество.
И закономерный итог: работы Сергея Мильченко хранятся там, где им и положено быть, — в Государственной Третьяковской галерее, во многих музеях России, а также в частных и музейных коллекциях за рубежом — в США, Франции, Голландии, Англии и других странах. Потому что истинный талант не знает границ. И хочется верить, что нас ждут ещё новые, столь же мощные и пронзительные творения этого мастера!
Фотографии предоставлены пресс-службой Российской Академии Художеств / Архив редакции СМИ АртМосковия
